Руководитель Европейского института финансового регулирования (EIFR), специальный советник Paris Europlace Эдуард Франсуа де Ленкесенг высказывает свое мнение по поводу создания новой европейской системы глобального финансового регулирования на основании выводов из недавнего финансового кризиса.
Есть ли необходимость в глобальном финансовом регуляторе?
Существует большой разрыв между глобальными потребностями и местными правилами, нормами. Как вы знаете, важную роль играет конкуренция, даже мы во Франции верим в конкуренцию. И понятно, что мировая конкуренция требует глобальных ролей. Во фрагментированном мире, где существуют глобальные потребности и национальная норма, существует этот разрыв. Надо сказать, что опыт предыдущего кризиса показывает, что этот кризис возник в результате этого огромного разрыва – так называемые регуляторный арбитраж, местные нормы, которые и приводят к кризисному взрыву.
Очень сложно предсказать установление вот этих финансовых пузырей и пытаться с ними справиться или предотвратить их появление. Если мы этот разрыв не ликвидируем, либо будет кризис, либо мы вернемся к протекционизму. Наверное, протекционизм – это не тот ответ, который мы ищем. Других решений нет, нужно этот разрыв заполнять, ликвидировать. Мы пытаемся экспериментировать в Европе уже последние 60 лет, пытаемся заполнить этот разрыв. Вопрос не только в конвергенции, в сближении, мы должны определить Европу как регион, в котором были бы единые внутренние нормы.
Идея заключается в том, чтобы создать в Европе очень четкие нормативные установки инфраструктуры, которая бы позволяла регулировать экономику, страхование не просто на уровне стран, но попытаться воспользоваться преимуществами европейской экономики. Это означает, что необходимо создавать доверие. Доверие - это вообще ключевое слово, это доверие со стороны инвесторов, эмитентов, стран, но и также доверие между самими регулирующими органами.
После этого кризиса мы видим, что в результате кризиса как раз отсутствует доверие между регуляторами, которые создают серьезнейшие проблемы особенно в глобальных институтах, в которых существуют так называемые коллегии регуляторов, которые должны надлежащим образом осуществлять надзор за институтами. Пытаясь ответить на этот вопрос – является ли утопией считать, что можно построить такую глобальную институцию, глобальные нормы? – я думаю, что если мы будем подходить к этому прагматично, мы можем создать некое регулирование, которое было бы не столько унифицировано, сколько был бы процесс, идущий сверху вниз, в котором бы все разделяли единые принципы, а на региональном и национальном уровне осуществлялась бы гармонизация.
Для этого требуется некая цепочка регулирующих норм, которые должны иметь надзор как элемент, требуется регулирование, с одной стороны, и надзор обязательно, с другой, как показывает кризис. У нас как раз в надзоре-то и произошел такой провал, мы говорили о регулировании, но забыли о надзоре. Поэтому очень важно при решении системных рисков (а мы сегодня пытались учитывать именно системные риски за счет нового режима в рамках базельских соглашений и отношении капитала), нужно как-то сбалансировать потребность в капитале и в регулировании. Нужно не только идти навстречу банкам, но и не забывать о реальной экономике.
Мы знаем о том, что капитал – это некий фиксированный объем активов. Если заморозить слишком много капиталов в банковской системе, значит будет меньше капитал, для того чтоб работать в реальной экономике. Очень важно определить правильный баланс между надзором, между ролью полицейского саморегулятора и проблемами банковского дела. И последнее – конечно, эта цепочка управления рисками очень важна. И в центре этой проблемы лежит проблема ликвидации банков-банкротов.
Кроме того важно понимать, как обеспечить, чтобы рыночная инфраструктура работала на это, и как организовано управление рисками внутри институтов, на уровне советов директоров, на уровне комитетов, на уровне исполнительного руководства, занимающегося рисками. И как этот аппетит к риску, желание брать на себя риск в банке был бы, пропитывал бы всю культуру этого института. Поэтому здесь нужен подход не только сверху вниз, но и снизу вверх, и в этом случае мы обеспечим устойчивый и надежный подход к работе с рисками, мы можем снизить системный риск в банковской и финансовой отрасли. Думаю, на этом я поставлю точку, у нас времени осталось не так уж много. Основные идеи я поднял.
